Вот они — другие Колумбы, существование которых официальная наука до сих пор ставит под сомнение. Генуэзский мореход Христофор Колумб, наверное, знал о некоторых из них и настойчиво копил сведения о землях за Атлантикой.
В его дневнике мы прежде всего обнаруживаем отсутствие колебаний при выборе маршрута. Суда шли до Канар и оттуда — на широте этих островов — к Новому Свету. То есть на всем протяжении маршрута использовались постоянно дующие восточные пассаты и благоприятные течения. То был лучший для парусников путь в океане! Хейердал назвал его «маршрутом Колумба». И хотя он значительно длиннее северного пути — маршрута Лейфа Эйриксона (1000 год) — зато условия плавания здесь благоприятнее.
Следовало ожидать, что, двигаясь по неизвестному океану, корабли будут идти только днем, а ночью либо остановятся, либо замедлят движение, чтобы не наскочить на рифы. Но каравеллы шли полным ходом круглосуточно.
Перед отправлением с Канарских островов Колумб вручил командирам кораблей пакеты, предписав вскрыть их только в случае, если суда разъединит буря. А в них было сказано, что, отдалившись на 700 лиг от Канар, они не должны двигаться ночью. 700 лиг — это 4150 километров. Именно на таком расстоянии находятся от Канар восточные острова Карибского архипелага. Выходит, адмирал заранее знал об этом?
Друг детства Колумба и участник его Второй экспедиции Кунес в письме от 15–28 октября 1495 года писал, что когда Колумб заявил, будто Куба — это берег Китая, большинство его спутников не согласились с таким утверждением. Тогда адмирал прибег к угрозам и заставил людей произнести заранее подготовленную клятву, что они согласны с ним во всем и обязуются не излагать своих взглядов.